dp.ru
27.03.2007

Когда говорят об актерах и их образах, то редко хочется говорить о самой личности актера. Это связано с тем, что в последнее время на телевидении в рамках так называемого «документального кино» снимается множество сюжетов про то «какими они были», с потугами на объективность – «какими они были на самом деле». И показывается какая-то несчастная судьба известного актера. И это, чаще всего, делается, когда мастера уже нет в живых.

Про Михаила Ульянова и не хочется говорить, «каким он был на самом деле». Потому что в этом нет никакого смысла. Для меня он был человеком, который олицетворял эпоху. И всегда представлялся мне очень схожим с моим дедом. Поэтому, когда я услышал сегодня утром о смерти Михаила Ульянова, я снова вспомнил своего деда, и мне стало грустно.

Но для многих, насколько я знаю, Ульянов – самый настоящий Григорий Константинович Жуков. Даже, наверное, реальнее, чем сам Жуков, ведь блистательнее полководца никто никогда не играл. Да уже, наверное, и не сможет.

Для меня, как для зрителя, Ульянов не стал Митей из «Братьев Карамазовых». Все его роли почему-то были для меня какими-то советскими. Персонажами не нигилистического толка, а такими – за правду, за лучшее будущее, за всех правильных людей. Ведь, когда Ульянов играл «Ричарда III» Шекспира, меня еще и на свете не было. Поэтому злобным тираном в моем сознании Ульянов не предстает. Он больше для меня революционер, солдат, разнорабочий на коммунистических стройках, председатель колхоза и полководец. Ну и, как я говорил – дедушка. И чуть-чуть Ленин (дело не только в фамилии – Михаил Ульянов играл Ленина в телевизионной постановке).

С грустью думается: как назвать Международный день театра праздничным днем? Ведь Ульянова не стало…